Виктимизация ее виды, уровни и факторы

 

Понятие и уровни виктимизации

Виктимизация -  процесс или результат повышения уровня виктимности лица или общества. Реализация данного процесса как подвижного и динамического явления в большинстве своем оказывается обусловленной взаимодействием различных составных компонентов. В качестве подобных слагаемых частей виктимизации выделяют преступника и жертву, степень виктимности, виктимогенные факторы и условия. Многие исследователи придают важную роль изучению процесса виктимизации и факторов, формирующих  виктимность, обусловливающих переход «виктимального потенциала» в  «виктимальный детерминизм».

Однако, разные авторы неодинаково определяют само понятие виктимизации и вкладывают в его содержание разный смысл. Так, Л.В. Франк отмечает, что виктимизация является вторым (после «виктима») центральным виктимологическим понятием. Оно имеет  двуединое значение. Во-первых, оно означает сам процесс превращения потенциальной жертвы в реальную, а во-вторых - конечный и совокупный результат причиненного вреда в разных его видах на единичном и массовом уровнях.Соглашаясь с ним Д. В. Ривман, пишет что виктимизация – это процесс и результат превращения лица в жертву преступления. Виктимизация, таким образом, объединяет в себе и динамику (реализация виктимности) и статику (реализованную виктимность)[2]. П.С. Элькинд  и В.В. Вандышев отмечают, что виктимизация включает в себя  не только превращение данного лица в жертву преступления, но и процесс накопления виктимных свойств личности. По их мнению, исследование процесса виктимизации сквозь призму становления данной личности жертвой преступления носит слишком ограниченный и узкий характер.Анализ работ различных авторов виктимологической тематики показал, что большинство исследователей не могут различить между собой понятия «массовой виктимности, реализованной в преступном акте (статистическая совокупность виктимности)» и понятие «виктимизация как конечный и совокупный результат на массовом уровне».

В этой связи мы присоединяемся к мнению З.А. Астемирова и считаем, что виктимизацию следует рассматривать как «процесс становления отдельных лиц и людских сообществ (можно говорить и на уровне всего населения) жертвами преступлений, вернее, приобретения ими виктимных качеств. Этот процесс происходит на статистическом и динамическом уровнях, т.е. здесь возможно, во-первых, наличие у отдельных лиц исходных, строго личных виктимных предпосылок, а во-вторых, приобретение виктимных черт в процессе социального развития, социализации личности, что, конечно, является доминирующим фактором»[4].

Раскрытие содержания понятия виктимизации как процесса превращения в жертву преступления снимает проблему противоречивости в терминологии, которую используют виктимологи в своих исследованиях. Если с понятием «виктимность» связывать повышенную способность («предрасположенность») лица оказаться при определенных обстоятельствах жертвой преступления, то термином «виктимизация» необходимо пользоваться только для обозначения процесса такого превращения.

Виктимизация отличается от преступности тем, что представляет собой совокупность процессов становления жертвами[5]. Виктимизация есть часть детерминации преступления и преступности. Как таковая она имеет смысл лишь во взаимодействии с криминализацией, в которой она находит отражение и логическое завершение.

По мнению Г.Й. Шнайдера, виктимизация и криминализация имеют одни и те же источники: исходные социальные условия, когда преступник и жертва принадлежат к одной и той же субкультуре насилия (например, к субкультуре маргиналов, к субкультуре рецидивистов, алкоголиков, наркоманов и т.д.). Дело в том, что преступность и виктимность рассматриваются не только как статичные величины. Криминализация (становление преступника) и виктимизация (становление жертвы) могут анализироваться как процессы социального взаимодействия. «Потерпевший и преступник, - утверждает Г.Й. Шнайдер, - фигурируют в социальных процессах возникновения преступности и контроля за преступностью как субъекты, которые взаимно определяют и интерпретируют себя и свои действия». При этом виктимизация является составной, хотя и специфической частью процесса криминализации общества. Лишь единство этих показателей может дать представление о картине преступности в обществе, которая на сегодняшний день требует существенной коррекции с учетом того, что статистика правоохранительных органов (применительно к учету потерпевших) является весьма несовершенной, вуалирующей подлинную ситуацию и масштабы ущерба, причиненного населению и государству в целом.

В отличие от виктимизации, девиктимизация представляет собой вид предупредительной работы, имеющей целью нейтрализацию или устранение негативных последствий виктимизации, ьа также реабилитацию конкретных жертв преступлений. Процесс виктимизации включает в себя сложную систему явлений, связанных с участием жертвы в формировании преступного мотива; взаимодействием с преступником в условиях конкретной жизненной ситуации; с совершением ненасильственного преступления, влекущего за собой определенные преступные последствия. В этом смысле принято выделять четыре уровня виктимизации, при этом учитываются как ее параметры, так и параметры виктимизации социальных групп.

Первый уровень складывается из сведений о непосредственных жертвах преступлений, выявленных в процессе расследования уголовных дел, или о латентных жертвах, раскрытых в результате виктимологических опросов, и причиненном им ущербе.

Второй уровень включает в себя данные о членах семьи жертвы, опосредованно пострадавших от преступлений, совершенных в отношении их близких.

Третий уровень составляют другие социальные группы (трудовые коллективы, друзья, знакомые, соседи и другие), которым в результате, хотя и непрямого воздействия преступлением, также причиняется вред.

Четвертый (социальный) уровень предполагает существование негативных последствий совершения преступления для целого региона или всего общества. Безусловно, наиболее остро и ощутимо выглядят последствия виктимизации на первых двух уровнях, проявленные в виде гибели людей, полученных увечий, потери трудоспособности, серьезных и труднопреодолимых психологических травм по поводу потери близких, материальных затрат на лечение, похороны, утраченных расходов на учебу и т.п. Потенциально опасна нередко сопровождающая тяжкие агрессивно-насильственные преступления десоциализация личности жертвы, обусловленная болью, страхом, стыдом, утратой веры в государство и общество, которые оказались неспособными уберечь от преступника.

В криминологической литературе понятие «виктимизация» чаще всего связывают с размахом преступности и ее последствиями, причем с основным акцентом на количественную сторону этого явления. По мнению И.В. Лиманской, такое понимание виктимизации сужает ее смысловое значение и содержание, не учитывает ее соотношения с процессом криминализации, а также значимости ее проявления на индивидуальном уровне.

При этом виктимизация является составной, хотя и специфической частью процесса криминализации общества. Лишь единство этих показателей может дать представление о картине преступности в обществе, которая на сегодняшний день требует существенной коррекции с учетом того, что статистика правоохранительных органов (применительно к учету потерпевших) является весьма несовершенной, вуалирующей подлинную ситуацию и масштабы ущерба, причиненного населению и государству в целом

Характеризуя процесс виктимизация на индивидуальном уровне З.А. Астемиров правильно пишет: «На уровне индивида процесс виктимизации  происходит на микросоциальных уровнях и связан с адаптацией его в реальных социальных условиях, с его образом жизни и отношением к правилам общежития, обретением нравственно-психологической устойчивости и материального благополучия»[8]. При этом он отмечает, что процесс виктимизации охватывает индивидов и людских сообществ в неодинаковой степени. У одних он интенсивен и более результативен, у других пассивен и мало результативен, а третьих, возможно мимо обходит. Необходимыми компонентами виктимизации на индивидуальном уровне являются виктимность как свойство отдельной личности и виктимогенная ситуация, их взаимодействие и определяет результат виктимизации индивида.

В зависимости от уровня взаимодействия преступности и виктимности, его продолжительности и объектно-субъектных связей выделяются следующие виды виктимизации: первичная, вторичная, третичная и рецидивная (повторная).

Под первичной виктимизацией понимается причинение материального, физического, морального и иного вреда жертве непосредственно в процессе совершения преступления.

Вторичная виктимизация охватывает случаи косвенного причинения вреда жертве, связанного с отношением к жертве'социальной общности в целом, лиц из ближайшего социального окружения, органов социального контроля, посредников и персонала, работающего с жертвами. Предубежденность в отношении жертвы, грубое, невнимательное обращение и негативное отношение к ней как к лицу, чем-то запятнавшему себя, унижение ее чести и достоинства составляют перечень типичных форм вторичной виктимизации.

Третичная виктимизация жертвы преступления проявляется не только в использовании жертвы представителями правоохранительных органов и работниками средств массовой информации в своих целях, но и причинение или угрозу причинения вреда жертве, в связи ее участием в уголовном судопроизводстве.

Под рецидивной виктимизацией понимается повторное причинение преступлением, не связанным с участием лица в уголовном судопроизводстве, потерпевшему вреда[9].

Факторы виктимизации - это совокупность обстоятельств в жизни людей и общества, которые детерминируют процесс превращения данной личности в жертву преступления либо тем или иным образом способствуют содействию реализации этого процесса. Условиями виктимизации являются разнообразные явления объективного и субъективного характера, которые наращивают степень виктимности, существенно облегчают возможность возникновения конфликтов, нагнетают эскалацию виктимогенной ситуации.

Факторы и условия виктимизации населения проявляются как на массовом (политические, социально-экономические, культурно-информационные), так и на индивидуально-групповом уровне. Виктимизация на единичном уровне должна характеризоваться данными о виде преступления, времени, месте и способе его совершения, социально-демографических, психофизиологических, правовых и иных особенностях потерпевшего. Сложение и сопоставление указанных характеристик в рамках криминологического исследования при активном использовании методологического инструментария и данных социологической науки позволяют ученым получать обширную информацию об особенностях виктимизации социальных групп, имевшей место на определенной территории за конкретный промежуток времени. В таком контексте нередко можно встретить трактовку виктимизации как процесса превращения лица в жертву преступления и результат данного процесса как на массовом, так и на единичном уровне.

Нужно отметить, что с подобным подходом вряд ли можно согласиться. Нам представляется, что виктимизация — это не просто процесс превращения личности или социальной общности в жертву, а скорее - их в жертву потенциальную. Однако эта потенциальность с высокой степенью готовности к своей актуализации. Думаем, что в данном случае уместно было бы вспомнить классическое учение Аристотеля о различных степенях потенциального и актуального бытия. С его учетом трактовка виктимизации как процесса повышения степени виктимности представляется нам наиболее оптимальной.

Одной из причин виктимизации является алкоголизация микросоциального окружения (в сферах быта, досуга, фактических брачных отношениях, использование спиртного в качестве оплаты за выполненный труд или услугу и т. п.), некоторых групп населения, особенно молодежи. Она имеет устойчивое криминогенное влияние на динамику и структуру преступности, а также на динамику виктимности.

Алкоголизм в системе факторов  может быть отнесен не только к преступности вообще, но и к виктимности потерпевших. Изучение преступлений, совершенных   с особой жестокостью, показало, что не менее 36-40 % их было связано с алкогольным опьянением потерпевших.   Так, судом г. Махачкалы было рассмотрено уголовное дело в отношении гражданина Т., который в процессе распития спиртных напитков затеял ссору с сожительницей Ф.  Он  на почве ревности нанес ей (находящейся  в нетрезвом состоянии) удары ножом[28].

Криминологические исследования динамики преступности давно вскрывают тенденции ее омоложения в зависимости от употребления алкоголя. Замечено, что значительная доля преступлений совершается в отношении потерпевших, находившихся в состоянии алкогольного опьянения. По данным выборочного изучения проведенного анализа преступлений, более 16 %, жертв убийств, 15 %  пострадавших от тяжких телесных повреждений, 33 % пострадавших от автотранспортных происшествий находились в нетрезвом состоянии.

Все это свидетельствует о том, что  становление жертвы не только может происходить внезапно, вследствие случайности, но и являться особым процессом виктимизации.  Так, например, дети со свойственным им изначально подчиненным положением по отношению к взрослым, в том числе и к собственным родителям, образуют виктимную группу, в силу чего жестокое обращение с ними в принципе является лишь частью более широкой виктимологической проблематики.     

Помимо социально-этнических факторов, существенную роль как в криминологическом, так и виктимологическом плане играет  нравственно-психологическая атмосфера в обществе.

В последние годы намечается разрыв между ростом материального состояния и духовной зрелостью человека. Сегодня отчетливо видно: многие трудности переходного периода рождены недостатком культуры и нравственности в самом широком ее понимании.

Поведение потерпевшего может быть  не только неправильным, но и безнравственным. Безнравственность потерпевшего есть ключ и к проблеме причин преступности и к уяснению механизма преступного поведения.

Нередко конфликтогенным фактором, помимо аморального поведения потерпевшего, может служить наличие в структуре его личности особого сочетания различных негативных личностных свойств. По этому поводу Г. И. Чечель пишет: «Если в своей массе поведение людей обусловлено социальными причинами и именно только в них находит свое объяснение, то в поведении каждого отдельно взятого индивида существенную роль играют его личные неповторимые, только ему присущие  качества и особенности, в том числе психофизические. Для того чтобы  большей полнотой понять причины и условия, повлекшие за собой те или иные поступки, ситуацию, в которой они совершаются, форму поведения данного человека, нужно выяснить все особенности, характеризующие его: возраст, пол, семейное положение, образование, трудовая деятельность, уровень культуры, прежние судимости, нравственно-психологические, психофизические особенности и др.»[29].

Материалы нашего исследования показывают, что в последнее время растет доля малограмотных среди потерпевших (как, впрочем, и среди осужденных). Однако сам по себе уровень образования (ведь среди потерпевших, создавших виктимологическую ситуацию, немало тех, кто имел высшее, неполное высшее либо среднее специальное образование), взятый изолированно, без учета уровня общей культуры, не может существенно повлиять на выбор того или иного варианта поведения, поскольку прямой зависимости между ним и формой поведения человека нет. Поэтому процесс образования предполагает мировоззренческое, нравственное становление личности.

Данные анкетирования свидетельствуют, что многим потерпевшим присущи такие черты, как обидчивость, озлобленность, агрессивность, неуживчивость, ведение паразитического образа жизни, злоупотребление спиртными напитками, т.е. такие же отрицательные личностные особенности, которые характерны и для осужденных. Некоторые из потерпевших при определенных обстоятельствах сами могли совершить преступление либо были полностью виноваты в совершенном на них посягательстве.

Виктимизирующее значение имеет и характер взаимоотношений между жертвой и преступником. Взаимоотношения между будущим преступником и будущим потерпевшим по своему характеру могут быть самыми различными: от хороших либо безразличных, нейтральных до неприязненных, откровенно враждебных.

Обращает на себя внимание тот факт, что значительное число преступлений совершается в отношении соседей. Причем, как показали материалы уголовных дел, нередко это лица преклонного возраста, которым свойственен неуживчивый, сварливый характер. Часто они бывают инициаторами конфликта (обычно по поводу громкой музыки, неправильной, с их точки зрения, эксплуатации мест общего пользования и т. п.).

Хотя в республике нет коммунальных квартир, но многим приходится снимать квартиры, жить в общем дворе. Проживание в одной квартире, где отсутствуют нормальные условия для жизни, способствует созданию конфликтных ситуаций не только с соседями, но и с близкими родственниками (братьями, сестрами, родителями, тещей, тестем). Для большинства таких семей характерно отсутствие взаимной терпимости и вежливости при личных контактах, привычка решать спорные вопросы в оскорбительной форме, а подчас и с применением физического или психологического насилия.

Психическое состояние потерпевшего является одним из факторов его становления жертвой преступления. Компонентами психических состояний в большинстве случаев являются страх, боль и нравственные, психические страдания, обусловленные совершаемым посягательством.

Поэтому неотъемлемой частью виктимологических исследований является учет такого фактора, как страх населения перед преступностью.

Исследования зарубежных ученых-виктимологов показали, в частности, что и при относительно неодинаковой реакции разных групп населения в разных странах и регионах на рост преступности средний показатель общего числа лиц, испытывающих страх виктимизации, достаточно точно отражает уровень преступности в регионе. Иными словами, распространенность страха в общественной психологии и в массовом сознании является одним из важных объективных индикаторов криминологической ситуации.